Плод нашей нелюбви [СИ] - curly_Sue

- Тебе достаточно знать, что они были, – брюнетка совершенно спокойно разговаривала с девушкой, которая разрушила ее жизнь, не испытывая к ней сейчас никакой неприязни: она ведь была уверена, что после этого разговора Пелагея и видеть не захочет Билана, и тогда он вновь станет только ее. – И они есть, поверь.

Официантка принесла поднос с чаем, поставив его на столик.

- Спасибо, – с нажимом ответила Поля, указывая глазами на другой столик. Она неторопливо взяла чашку с подноса, предложив одну из них собеседнице. Вика автоматически приняла ее. Официантка недовольно качнула головой и снова удалилась.

- А хочешь, я объясню тебе, почему так будет? – Виктория с удовольствием отпила горячий напиток. – Ты ведь сделала ЭКО, так ведь? И он случайно оказался донором – отцом твоей будущей дочери.

- А с чего ты вообще взяла, что я сделала ЭКО? – с вызовом произнесла Пелагея. – Может, я забеременела от Димы естественным путем?

- Но… – растерялась брюнетка. – Дима мне сам сказал, что ты сделала ЭКО…

- А такой вариант, как конспирация, личный секрет, отмазка от всех глупых вопросов ты не рассматривала? Неужели ты веришь в такие невероятно случайные совпадения? Никогда бы не подумала, что такая неглупая девушка, как ты, могла поверить во весь этот бред. И с чего ты вообще взяла, что у Димы появятся, или же появились любовницы?

- Потому что он наигрался, вот почему. Правда я не думала, что его хватит так ненадолго.

- Наигрался? – нахмурила брови Пелагея.

- О да. Не знаю, что у вас произошло, предположу – конфликт из-за дочери, или, может, ты его в чем-то упрекнула. Но Билан не любит конфликтов. Он всегда уходит от них, как ушел и в этот раз… Он изменил тебе в тот самый день, когда ты вышвырнула его с цветами из своей гримерки. Он изменил со мной, а я беременна…

Поля не знала, что сказать. Неужели все это ей не померещилось? Она действительно беременна от Димы?..

- Вот моя справка, – брюнетка достала из сумки и небольшой папочки медицинскую справку, подтверждающую ее беременность. Четыре недели – значит, это правда. У Билана появилась своя семья, а они с малышкой ему больше не нужны, поэтому он и игнорирует ее. – Пелагея, я понимаю, что ты не рассчитывала на Диму, как на отца твоего ребенка, но мы-то собирались строить с ним свою семью, много говорили о будущих детях, хотели пожениться, а тут ты появилась, как снег летом! Ты сможешь воспитать свою дочь без чьей-либо помощи – помнишь, ты об этом говорила – а я не смогу. Я не смогу дать своему малышу то, что можешь дать ты своей дочери одна!

Певица быстро смахнула с щеки капнувшую из глаз слезу, дабы ее никто не заметил.

- Ты ему сказала о ребенке?

- Сказала, – твердо ответила Виктория, утвердительно кивнув. – Дима поехал к родителям, чтобы сообщить им эту радостную новость.

- Я могла бы тебе наговорить сейчас того, что ты сказала мне тогда, начать трогать за живое, как это делала ты, потому что ты заслуживаешь это в два раза больше, чем пришлось пережить мне!.. – собственный голос показался блондинке слишком испуганным, почти истеричным. Так нельзя… Нужно успокоиться. – Но я не буду делать этого, только потому, что ребенок ни в чем не виноват. Я не буду лезть в ваши отношения с Биланом, обещаю… – она полезла в сумку за кошельком. – Счастья вам! Я надеюсь, что малыш у вас родится крепким и здоровым! – Поля расплатилась и, поправив тонкий ремешок сумочки на плече, направилась к выходу из кафе.

Проводив ее взглядом, Виктория пододвинула к себе липовую справку и с повеселевшей ухмылкой порвала ее на мелкие кусочки. Вторая часть плана оказалась куда больше удачливее, чем первая. Нужно было сразу сказать Пелагее о “беременности”, и тогда она бы не стала мешать чужому счастью и отношениям. Главное теперь – вернуть Диму, а если Поля, действительно, навсегда исчезнет из его жизни, это сделать будет гораздо проще.

Она долго бродила по улице и все никак не могла успокоиться, пока не поняла, что идет прямиком в район своего любимого парка. Это место хранило в себе самые драгоценные из ее воспоминаний, и все были связаны с Димой: начиная от вечерних прошлых прогулок и заканчивая последующими Полиного здесь времяпрепровождения, которые были полны то горечи, то счастья. Чувства к этому мужчине глубоко пустили корни в ее сердце, но бывали такие моменты, когда прекрасные цветы отравлялись ядом сомнения. Та чушь, которую несла Виктория… а вдруг в ее словах были крупицы правды? Да и Поля своими глазами видела справку! Опять же те подозрительные истории с возвращением к ней Билана, эти вечные обсуждения любовниц! В такие моменты Пелагея ощущала внутри себя некую раздвоенность: одна ее половина подозревала всех и вся, а другая возмущалась: как можно сомневаться в словах любимого (?) мужчины! Если он сказал, что любит ее, значит, любит – и точка. Но только девушка продолжала в душе сомневаться.

С этими тягостными мыслями Поля присела на скамейку, прислонившись спиной к спинке, уронив голову на колени, закрывшись руками в волосы, зарыдала.

«- Пелагея Сергеевна, это отец вашего ребенка, – улыбнулась Нина Васильевна. – Дмитрий Николаевич, а это мать.

- Нет-нет-нет, – заявил Дима, мотая головой. – Эта идиотка не может стать матерью моего ребенка!».

Вскинув голову на голос своих воспоминаний, девушка прикрыла рот холодной ладонью, стараясь приглушить вырывающиеся наружу эмоции.

«- Погоди, а что ты скажешь ребенку, когда он спросит, где папа?